Авторизация
 

Реанимация – зона особого напряжения

Оживить человека – простая задача только для сказочного героя, которому достаточно отыскать живую и мертвую воду. А в реальном мире восстановление функций организма, выведение его из агонии или клинической смерти – занятие многотрудное и порой бесперспективное. Поэтому врачи-реаниматологи всегда находятся в зоне особого напряжения.
Реанимация – зона особого напряжения
Евгений Владимирович Власов когда-то выбрал для себя профессию анестезиолога-реаниматолога и провел в такой зоне тридцать с лишним лет. По его словам, работа есть работа, и надо делать ее качественно при любых обстоятельствах.
До прихода в ковровскую ЦГБ Евгений Владимирович служил военным анестезиологом в армии, в том числе 3 года и 8 месяцев провел в Чечне – лечил солдат непосредственно в районе боевых действий. Сначала доктора проводили операции в палатках, в вагончиках, потом был построен стационарный госпиталь. Если на каждого доктора за дежурство поступало по 2-3 раненых, то это считалось очень мало. А после боев привозили человек по 40-50. Практически все они проходили через операционную и реанимацию. Самым простым случаем у военных медиков считалось разрушение стопы до половины голени, когда солдат наступал на мину. Исход здесь один – ампутация. В основном же у пострадавших в боевых действиях были комбинированные телесные повреждения: ожоги, осколочные, пулевые ранения. О том времени Евгений Владимирович много не говорит и конкретных историй не рассказывает. Нет, дело не в военной тайне. Скорее всего, он не хочет, перейдя на конкретику, приближать не самые приятные воспоминания.
В отделении общей реанимации ЦГБ герой нашего рассказа работает немного больше года. Отзывается о больнице только в положительном смысле: большая, с современным оборудованием, с врачами-профессионалами, такими как его непосредственный начальник Александр Александрович Евсюнин. Единственный недостаток стационара – нехватка кадров. Из молодежи в отделении – всего один человек. А еще одному коллеге, анестезиологу-реаниматологу Ирине Васильевне Дерендяевой, уже 75 лет. Таким трудоголикам, как женщина, не бросившая практику в реанимации, памятник ставить надо, считает Евгений Владимирович.
Как врачи выдерживают немалую физическую и моральную нагрузку?Пациенты в тяжелейшем состоянии, убитые горем родственники, а иногда еще и с необоснованными претензиями к врачам. «Любая работа есть работа. Главное – ее надо делать качественно», – говорит Евгений Владимирович. А случаев каких только нет...
На девяти койках общей реанимации обычно лежат люди после ДТП, с сильно запущенным сахарным диабетом, отравлениями, тяжелым воспалением легких. Насчет последнего Евгений Владимирович приводит пример, когда в отделение поступил больной с тотальной пневмонией – на снимке вместо одного легкого – просто расплывчатое пятно. Пришлось подключить его к аппарату искусственного дыхания, вводить питание через зонд. Выкарабкался человек.
Что касается отравлений, иногда медикам бывает непонятно, то ли пил пациент-асоциальный элемент «Портвейн» и закусывал снотворными таблетками, то ли ел эти таблетки и запивал «Портвейном».
О пострадавших в дорожных авариях – особый разговор. Поступают в реанимацию люди с ДТП, если есть повреждения сразу трех сегментов: головы, груди, живота например. Как-то раз, когда дежурили врачи Власов и Евсюнин, с трассы М-7 привезли двоих мужчин – ночью их «Жигули» налетели на отбойник, и машину разрезало чуть ли не пополам. Оба пациента были в крайне тяжелом состоянии и, конечно, полностью не восстановились: один остался без ноги, другой вряд ли станет владеть рукой, потому что был перебит плечевой нерв. Лежали в реанимации они долго. Долго – это месяц или немногим больше. А среднее пребывание больного в реанимации – несколько суток.
За время медицинской практики Евгения Владимировича случались и чудеса. Связано одно чудо с комой. Сразу надо расставить все точки над «i»: в коме не лежат долгими годами. Это в мыльных операх пять лет был человек недвижим, а потом вдруг встал и пошел по своим делам. А в жизни за три десятилетия через руки Евгения Владимировича прошли тысячи коматозников. И ни одного такого «долгожителя». Но вернемся к чудесному исцелению. Женщина, почти девочка, после родов пробыла в коме несколько недель. Никто уже не надеялся, что она выживет, но все равно врачи боролись, и она выкарабкалась, поправилась.
На первый взгляд позитива в работе анестезиолога-реаниматолога днем с огнем не сыщешь. Но он, несомненно, есть. Для настоящего врача это момент, когда больной спасен от смерти, от тяжелых последствий, когда он выходит на своих ногах из стен больницы. Говоря официальным языком – больной качественно пролечен. Именно таких пациентов мы желаем всем медикам.
О. АРТЕМЬЕВА
рейтинг: 
  • 0
Оставить комментарий