Авторизация
 

О истории

  • 19 фев, 12:12
Первая ковровская газета

Сегодня наличие местной прессы стало делом привычным. Однако, чуть более полутора веков назад самой близкой по месту издания к Коврову газетой были «Московские ведомости». Первая газета во Владимире стала выходить лишь в 1838 г. К 1905 г. во всей Владимирской губернии было всего две местных газеты.
Первая газета в Коврове появилась в 1906 г. Для уездного города это было событием примечательным. Первая ласточка ковровской прессы именовалась довольно симпатично: «Ковровские вести». Выходила эта газета раз в неделю.
Ее редактором стал адвокат, или как говорили прежде - присяжный поверенный, 32-летний Алексей Герасимович Летунов. Происхождения он был самого демократического. Крестьянский сын из деревни Горожаново Ковровского уезда (эта деревня сегодня поблизости от поселка Мелехово) он сумел окончить юридический факультет Московского университета, что даже теперь непросто, а в прежние времена являлось для молодого человека без связей и денег и вовсе делом неслыханным.
Получив блестящее образование, А. Г. Летунов вернулся в Ковров и занялся адвокатской практикой. Но одних только специальных занятий ему показалось мало. Наблюдая неустройство провинциальной жизни, адвокат задался идеей как-то влиять на ковровское общество. Лучшим средством для такого влияния ему представлялась газета.
Однако, к тому времени еще никогда в Коврове свои газеты не выходили.
Но это обстоятельство не остановило Летунова, бывшего по натуре человеком весьма решительным. Он добился у владимирских и ковровских властей разрешения на выпуск газеты «Ковровские вести» и нашел издателя.
Идеей необходимости выпуска ковровской газеты проникся статский советник Николай Павлович Муратов. В 1906 г. ему уже исполнилось 56 лет, из которых почти два десятилетия он занимал высшие в Коврове посты уездного предводителя дворянства и председателя Ковровской уездной земской управы.
В отличие от Летунова Муратов был человеком родовитым и состоятельным. Его родственники занимали губернаторские и министерские посты, носили громкие фамилии и титулы. Сам Н. П. Муратов, однако, был либералом, всю свою жизнь отдал службе в земстве и до конца не разочаровался в народнических идеалах своей молодости.
У Муратова имелось приличное состояние, за счет которого он и согласился стать издателем «Ковровских вестей». В доме Муратова на углу улиц Георгиевской и Базарной (нынешних Свердлова и Першутова) и разместилась редакция первой ковровской газеты.
Летунов и Муратов были членами партии «Народной свободы», основанной в 1905-1906 гг. известным историком и политическим деятелем П. Н. Милюковым.
Эта организация более известна под названием партии кадетов. Не удивительно поэтому, что «Ковровские вести» имели ощутимый «кадетский» уклон.
В то время кадеты были партией оппозиции. В глазах царского правительства первая ковровская газета была «красной», антиправительственной, потому что позволяла себе довольно жестко критиковать тогдашний режим.
Ковровские обыватели впервые получили возможность читать про местное начальство такие материалы, за которые прежде сразу сажали в кутузку.
Городской голова («мэр»), чиновники уездной администрации, первостатейное ковровское купечество - все ощущали себя под колпаком невесть откуда взявшейся газеты.
То, что раньше служило лишь предметом сетований вполголоса на пресловутой кухне, стало черным по белому печататься на всеобщее обозрение.
Такая обстановка показалась «отцам города» невыносимой, и в 1907 г. они добились запрещения «Ковровских вестей» как газеты «вредного направления».
Н. П. Муратов скончался в апреле 1914 г. А в марте 1917 г., после февральской революции, А. Г. Летунов уже один возобновил выпуск «Ковровских вестей».
Но если раньше газета мешала «прислужникам самодержавия», то летом 1917 г. она уже не давала покоя набиравшим силу большевикам.
Захватив власть в городе, они первым делом прикрыли «контрреволюционную» с их позиций газету «Ковровские вести».
Взамен с октября 1917 г. стали выпускать советскую большевисткую газету «Ковровский рабочий».
Сменив пять названий, она выходит и сегодня под именем «Знамя труда».




Мы даем читателям возможность познакомиться
с передовицей первого номера первой ковровской газеты.

Г. Ковров, 17-го Декабря 1906 г.

Газета издается в Коврове!... Да к чему она? Разве мало столичных газет и двух владимирских? Ко всяким убеждениям и взглядам между ними найдутся подходящие, многие из них ведутся талантливо и интересно, стоят недорого. Что же даст нам нового местная еженедельная газета? Мы уверены, — многие, пожав плечами, скажут: «пустая затея». Другие, наверное, предполагают, что газета отведет видное место сплетне, и будет поддерживать интерес к себе, тревожа мирных обывателей выкапываньем так называемой «подноготной».
О последнем беспокоиться нечего. Цель газеты далека от травли частных лиц и от стремления их опорочить. Цель эта — бескорыстное общественное служение по мере сил и способностей. Частные лица, мирно делающие свое дело и не играющие роли в общественной жизни, газету не интересуют, хотя бы они, может быть, и грешили иногда полегоньку. Но если человек в общественной жизни поднялся наверх и так или иначе влияет на умы и настроение других, — газета считала бы себя не вправе обойти его деятельность без обсуждения, но опять-таки только деятельность, а не частную жизнь. Нужно, чтобы общество знало, кто его друг и кто враг, понимало, кто хочет, чтобы правда светила краше солнца, а кто поставил себе целью затемнить эту правду.
Нельзя назвать газету и пустой затеей. Время теперь интересное: через месяц наступят выборы в Государственную Думу. За кого, за каких людей подавать голоса свои? Кому ввериться? Все политические партии говорят, что только у них правда; каждая партия считает, что только одна она может успокоить и устроить родину после пережитого ею лихолетья и политических бурь. Только не каждая партия может свободно излагать свои взгляды. В Коврове только один Союз русского народа открыто собирается и проповедует, служит молебны, просит об удалении из города неугодных ему лиц. А между тем взгляды Союза глубоко ложны в основе своей: бороться с ними надо, и если невозможно пользоваться для этого живым словом,— может быть пособит слово печатное, с которым мы и выступаем.
И дальше, когда начнется работа Государственной Думы второго призыва, наша работа, — мы верим, — будет также нужной. На место расшатавшегося, на половину распавшегося государственного и общественного порядка будет постепенно создаваться новый, с участием свободных, независимых представителей народа. Мы верим в плодотворность работ Думы, верим в то, что она постепенно уничтожить угнетение человека человеком, сравняет всех перед законом, оградит трудовой народ от кабалы богатых, сильных и знатных, облегчит налоги, расширит народное образование, даст ему возможность истинного просвещения и т. д. и т. д. Много работы нужно будет, ибо все надо менять с самого корня. Но чтобы вся эта работа не была бесполезной, необходимо работать на местах. Разрешат законами крестьянский земельный вопрос, надо сейчас же подумать, как провести эти законы на местах; можно будет свободно устраивать лекции, народные чтения, — необходимо будет местным деятелям постараться их устроить и упрочить. А кто все это и может обсудить лучше местной газеты?
Столичные ведь нами почти не интересуются: да им и не до нас.
Вообще, надо работать, работать и работать. Политический строй, осужденный с высоты Престола Манифестом 17-го Октября, который хотел бы вернуть Союз русского народа, тем и отличался между прочим, что отнимал у человека всякую возможность самостоятельно служить обществу, как бы он к этому ни стремился. Общественная деятельность была подчинена надзору полиции и терпелась лишь постольку, поскольку это находили нужным допустить управлявшие делами государства чиновники. Много можно было бы интересного порассказать из того времени. Но достаточно указать например, на то, что писать о голоде, охватившем несколько губерний, считалось крамольным. «Зачем?» рассуждали власти. «Начальство само позаботится». На всякое объединение кучки людей, хотя бы с самой безобидной целью, вроде устройства себе дешевого кредита, начальство смотрело косо, а в деревнях все учреждения дешевого кредита подчиняло надзору Земских Начальников. Народные чтения можно было вести только по книжкам, указанным в особых каталогах. Врач, например, не мог собрать народ и побеседовать о какой-нибудь болезни; должен был читать опять-таки по книжке и тоже если разрешено ему. И все это делалось из боязни, как бы не занесли к трудовому люду света науки, сознания и понимания, что и он такой же человек как и все, и как бы он не потребовал себе настоящих прав, заявив, что ни в какой опеке не нуждается.
В надежде, что эти времена безвозвратно минуют, мы и поднимаем свой стяг с призывом: «давайте работать!» Будем посильно выяснять характер политических партий, смысл их призывов и обещаний, смысл и значение деятельности законодательных учреждений в применении к нашему уголку. Будем содействовать возникновению и укреплению всяких полезных общественных начинаний, объединению отдельных личностей в группы и союзы, помня, что «в единении сила».
Теперь посудите, дорогой читатель, пустая затея — наша газета или же нет?