Авторизация
 

«Мы не выбираем свою судьбу»

13 февраля, в преддверии Дня воинов-интернационалистов, который наша страна отметила вчера, в школе №15 открылся музей «Боевого братства». Материалы, размещенные в нем, рассказывают о мужестве и стойкости наших земляков, выполнявших воинский долг в период от Первой мировой войны до «Второй чеченской» кампании. Есть там и экспозиция, посвященная Павлу Лазареву, о котором мы расскажем сегодня.
«Мы не выбираем свою судьбу»
Мечтал водить поезда
Павел родился 7 февраля 1966 года в Коврове, учился в школе №19. Когда на ул. Колхозной достроили новую школу №5, перешел в нее, там и познавал науки последние два года. После восьмилетки в 1981-м поступил в Ковровский механический техникум транспортного строительства (КМТТС).
«Хотел стать машинистом, водить поезда, потому и пошел на факультет автоматики и телемеханики на железнодорожном транспорте, – поясняет Павел Иванович. – С детства увлекался спортом, играл в футбол и хоккей, тренировался у замечательного тренера Сергея Никонова, да и в техникуме преподаватель физкультуры Вячеслав Иванович Головкин не давал нам расслабляться. Тогда мы не понимали, как это может пригодиться в жизни».
Повестки из военкомата Лазареву и его однокурсникам прислали в июне 1985-го, поэтому защищать диплом пришлось экстерном на два месяца раньше, чем предполагалось. В команду 202 спецнабора попали сразу две группы вчерашних выпускников техникума. Сведения о дальнейшей судьбе призывники получали постепенно – в областном военкомате сказали, что они призваны в погранвойска КГБ СССР. На распределительном пункте в Москве ребята узнали, что направляют их на границу: одну группу в г. Термез, а другую в г. Керки.
«Мы, конечно, были наслышаны о том, что в Афганистане идет война, – вспоминает Павел Лазарев. – Страха не было, мы просто не понимали, чего бояться. Мы знали такое слово «война», а какой смысл в нем заложен, не догадывались. Наверное, это невозможно объяснить – чтобы понять, надо побывать в бою».
Они были молоды и полны решимости выполнить почетную обязанность, каковой, согласно Конституции, является срочная служба в рядах вооруженных сил. В 70-80-х годах прошлого века среди юношей считалось неприличным и даже унизительным не отслужить в армии. Подразумевалось, что молодой человек, не носивший форму, либо слаб по части здоровья, либо имеет пятно в биогрифии (в виде судимости, например). Девушки таких старались обходить вниманием.
В начале 90-х ситуация изменится кардинальным образом, как и весь уклад жизни в стране. Но это будет потом, через 5-7 лет, а в 1985-м нашего героя и его сослуживцев радушно приняли в Краснознаменном Среднеазиатском пограничном округе.
За все в ответе
«Нас в команде минометчиков было 7 человек ковровских, все из техникума. По прибытии нас отвели в баньку, переодели и начали обучать, – рассказывает Лазарев. – Курс подготовки длился 3 месяца, которые показались нам вечностью. Я учился на минометчика 120-миллиметровой установки образца 1937 года. Расчет состоял из 3 человек. Этот миномет выпускается до сих пор, он надежный, но тяжелый – весит 270 кг. Нас гоняли по горам как проклятых. Мы бегали дистанции от 1 до 10 км в полной экипировке, с голым торсом и даже босиком. Вот тогда и вспомнили мы добрым словом физрука техникума В.И. Головкина. Никто из ковровской семерки никогда не был в числе отстающих, наоборот, мы всегда помогали им».
За короткий срок из новобранцев сделали настоящих пограничников, научили ориентироваться на местности и метко стрелять из всех видов оружия, и многому из того, что необходимо солдату. После окончания курса подготовки их направили на заставу Хошман. Позднее они узнали, что состав заставы был полностью заменен вынужденно. Их предшественников вырезали душманы. Всех…
Вообще пограничники редко несли потери, сказывалась отличная выучка и дисциплина, но на войне бывает всякое. Спустя 2 месяца службы на заставе пришел приказ о переводе рядового Лазарева в состав спецкомендатуры города Кабул.
«Особисты работали хорошо, – рассказывает Лазарев. – Проверяли нас дотошно. Тех, кто проявлял излишнее рвение, стремясь попасть в Афганистан, обычно не брали. Мало ли что у такого на уме? В лучшем случае возомнит себя героем, а такие на войне не нужны. Я был сдержан и сказал, что если пошлют – поеду».
Ан-24 военно-транспортной авиации доставил пополнение с военной базы Термез на аэродром Кабула без приключений. В подразделениях спецкомендатуры был особый уклад. Пограничники носили форму без нашивок и знаков различия, документов при себе иметь не полагалось, военные билеты остались в Союзе. Старослужащих уважали за боевой опыт и умение быстро ориентироваться, это повышало шансы на выживание всего подразделения. На глупости в виде дедовщины времени не было.
«В наши обязанности входила охрана советского посольства, представительства, консульства, Дома советской науки и культуры, а также советских сотрудников этих учреждений и их детей, – вспоминает Павел Иванович. – Еще мы сопровождали детей в школу и обратно.
Советского посла в Кабуле сопровождали тоже наши – отдельная команда из офицеров и прапорщиков. В подразделении было 4 смены, каждая заступала на 4 часа, потом сменялись. Однажды во время нашего дежурства «духи» обстреляли реактивными снарядами с фосфорной начинкой Дом советской науки и культуры. При взрыве боеприпаса фосфор растекается и при взаимодействии с кислородом воздуха вспыхивает, потушить его очень трудно. Начался пожар, одного из наших тяжело ранило осколками. Но мы быстро сориентировались, открыли ответный огонь и подавили огневые точки противника. Хотя, когда рвутся «Рсы», голову поднять очень трудно, а ведь пока летит снаряд, нужно успеть отследить огневую точку, развернуть миномет… На память о том бое я привез осколок снаряда, теперь он находится в музее «Боевого братства» в школе №15».
За полтора года службы Лазарева в спецкомендатуре потерь в подразделении не было. Летом 1987 года срок его службы подошел к концу, и Павел Иванович с другими «дембелями» вылетел в Ашхабад.
Есть такая профессия…
«Когда я вернулся в Союз, то не сразу осознал, что дома, – признается Лазарев. – Сохранялась ставшая уже привычной внутренняя настороженность, готовность действовать в случае опасности. В Москве меня встретил отец. Кстати, когда на моих письмах вместо обратного адреса мама увидела номер полевой почты, то отец сказал, мол, они в поле в палатках живут. Хотя, конечно, сразу все понял. Родители отправили меня отдыхать на море. Около двух месяцев я провел в Крыму, купался, отдыхал и постепенно понял – я дома!»
Вернувшись домой, Павел хотел устроиться, как и мечтал, на железную дорогу, но там шла реорганизация и сокращение, поэтому пришлось идти на КМЗ специалистом по ремонту станков с ЧПУ. Там он проработал до 1994 года, а потом подписал контракт и стал военнослужащим в в/ч 53609, тогда это был еще танковый полк.
На разных должностях Павел Иванович прослужил до своего 45-летия и уволился из ВС РФ по достижению предельного возраста. Сейчас военный пенсионер Павел Лазарев работает в нижегородском филиале ЗАО «РТ-Охрана» (корпорация «Ростехнологии») заместителем начальника караула. Военная специальность, которую он получил во время службы в Афганистане, оказалась востребованной.
Как он сам признается, перешагнув 50-летний рубеж, силы и желание служить у него остались. У Лазарева двое сыновей, для которых он тоже не создает «тепличных условий». Старшему сейчас 25 лет, он уже отслужил срочную в ВДВ, а младшему только 14, ему тоже предстоит пройти армейскую школу. Потому что в семье Лазаревых все мужчины считают своим долгом уметь защищать Отечество.
Павел Лазарев и ковровское отделение Всероссийской общественной организации ветеранов «Боевое братство» поздравляют всех участников локальных конфликтов с Днем памяти воинов-интернационалистов.
С. СИДОРОВ

На фото: Павел Лазарев, 1985 год, берег Амударьи таджикско-афганская граница
рейтинг: 
  • 0
Оставить комментарий